Наблюдается заметное изменение тональности заявлений российских официальных лиц относительно Армении. Если ранее риторика была агрессивной, с угрозами «украинского сценария» от Владимира Путина и повышением цен на газ от Алексея Оверчука, то теперь заявления стали умеренными и сдержанными. Владимир Путин говорил о суверенных правах Армении и положительно оценил соответствие европейским стандартам, а Алексей Оверчук отметил добросовестное выполнение Арменией обязательств в рамках ЕАЭС. Заместитель министра иностранных дел России Михаил Галузин заверил в отсутствии санкций, но указал на необходимость уточнения процедур в ЕАЭС при локализации стандартов ЕС.
Эти изменения произошли на фоне ряда важных событий. 2 июня состоялась церемония запуска железной дороги Баку—Тбилиси—Карс, в которой принял участие министр территориального управления и инфраструктур РА Давид Худатян, что, по словам премьер-министра Никола Пашиняна, обеспечивает железнодорожную связь Армении с европейскими странами. 3 июня вице-премьер Мгер Григорян обсудил с послом Ирана развитие сотрудничества в энергетике, логистике и торгово-экономической сферах, что стало ответом на заявления о невозможности получения Арменией другого газа, кроме российского.
Также 3 июня в Карсе прошла встреча армянских и турецких бизнесменов из различных отраслей, включая производство продуктов питания, напитков, бутилированной воды, соков, фруктов, табачных изделий, строительства, туризма и цветоводства. Американская международная финансовая корпорация развития (DFC) 3 июня утвердила финансирование развития «ТRIPP», предоставив до 500 миллионов долларов. 4 июня ЕС объявил о пакете поддержки Армении в размере 50 миллионов долларов для противостояния экономическому давлению со стороны РФ, а также об упрощении импорта армянских товаров на территорию ЕС. Посол ЕС в РА Василис Марагос заявил, что армянские товары, в частности цветы, будут экспортироваться в Латвию и Нидерланды, при этом первая партия уже отправлена в Латвию.
Эти шаги Армении, направленные на внешнеэкономическую, коммуникационную и энергетическую диверсификацию, вероятно, стали причиной корректировки риторики со стороны Москвы.
